24 июля – ИА SM.News. Серия атак беспилотников на логистические хабы Wildberries вскрыла системную трещину в российской экономике. Погибло около 552 тыс. кв. метров складских площадей (10% мощностей компании), а общий ущерб, включая товары и оборудование, оценивается в 50 млрд рублей. Но самый тревожный сигнал прозвучал из уст главы RWB Татьяны Ким: все комплексы были застрахованы, но денег компания не увидит.
Если даже корпоративный гигант не может получить выплату, что говорить о малом бизнесе? Разбираемся, почему страховой рынок дал сбой и к каким последствиям это приведет.
Почему полис «от пожара» не работает при атаке дрона
Главное заблуждение предпринимателей заключается в том, что если склад сгорел, страховая обязана платить. На практике всё упирается в юридическую квалификацию события.
Атаки БПЛА правоохранительные органы квалифицируют как террористический акт или диверсию (ст. 205 УК РФ). В 99% стандартных договоров имущественного страхования эти риски исключены. Чтобы получить покрытие, опция «Терроризм и диверсия» должна быть прописана в полисе отдельной строкой и оплачена дополнительно.
Жесткую реальность на себе уже испытал один из селлеров, чей товар на 2 млн рублей сгорел на складе в Электростали. При лимите страховки в 1 млн рублей он рассчитывал хотя бы на частичное возмещение. Ответ страховой был однозначным: поскольку пожар стал следствием атаки БПЛА, а этот риск в полис не входил, выплата равна нулю.
Математика катастрофы: почему страховщики отказываются платить
Отказ страховщиков платить не злой умысел, а холодный финансовый расчет. В «Росгосстрахе» озвучили шокирующую информацию: убыточность программ страхования от терактов и атак БПЛА в ряде случаев достигла тысячи процентов.
Страхование по своей природе работает только с непредвиденными рисками. Атаки дронов перешли из категории «гипотетическая случайность» в категорию «ожидаемое регулярное событие».
Чтобы хоть как-то сбалансировать портфель, страховые компании идут на радикальные меры:
- Колоссальные франшизы. Если раньше безусловная франшиза для крупных объектов составляла 30-40 млн рублей, то теперь она выросла до 250–500 млн, а по ряду складов достигает 1 млрд рублей. Это значит, что первые полмиллиарда ущерба бизнес платит из своего кармана.
- Перестраховочный тупик. Страховщики перестраховывают крупные риски в Российской национальной перестраховочной компании (РНПК, принадлежит ЦБ РФ). Но ресурсы РНПК не безграничны. По данным рынка, уже с 1 октября 2026 года РНПК планирует сократить покрытие по терроризму до 3 месяцев без права продления после страхового случая.
Что это значит для рынка и обычного покупателя?
Законодатели пытаются найти выход: «Единая Россия» предложила создать государственную систему страхования военных рисков с участием РНПК. Однако 8-й созыв Госдумы завершает работу 27 июля, и быстрых изменений в законах ждать не стоит. Более того, перестраховщики сами сворачивают покрытие, а не расширяют его.
Рынок входит в фазу жесткой турбулентности.
Для селлеров: либо они соглашаются на астрономические тарифы и гигантские франшизы, либо работают без страховки, закладывая риски полного уничтожения товара в цену.
Для потребителей: логистические издержки маркетплейсов и продавцов неизбежно вырастут. Стоимость доставки и самих товаров на полках будет расти, чтобы компенсировать те самые 50 миллиардов убытков, которые никто не возместит.
Эпоха дешевого и всеобъемлющего страхования складской логистики закончилась. Теперь бизнесу придется либо мириться с тотальной уязвимостью, либо платить за безопасность цену, сопоставимую с созданием собственной системы ПВО.
Источник: Фонтанка.ру
